Главная > > Интервью > Весомое слово Сергея Соколова
24.12.18 Весомое слово Сергея Соколова
Чему современному человеку стоит поучиться у средневекового? Где искать историческую правду? Об этом в интервью рассказывает автор романа «Взятие» Сергей Соколов.

В предисловии к роману вы пишете, что историография зачастую не вполне верно описывает эпоху Ивана Грозного. Какие исторические труды вы изучали, работая над книгой?

Вживаться в эпоху мне довелось на преддипломной работе, в архиве ценных книг и рукописей Казанского государственного университета, ещё в середине 1990-х.

Историография самая обычная: Соловьёв, Ключевский, Гумилёв, Скрынников и Радзинский – которого не любят историки. По истории Москвы – Сытин, Муравьёв. По ханской Казани – Худяков, Пинегин, Заринский, Чумаков, Остроумов. Грамотно описать бои на саблях помогли живые консультации у практиков исторического фехтования, в том числе у организаторов турниров в Иерусалиме.

Как вы «нащупывали» тонкую грань между вымыслом и исторической правдой? Случалось ли останавливать себя на полуслове: мол, в то время такого не было?

Фантазия проявлена только там, где существуют исторические лакуны. То, что в середине 16 века было технически невозможно – герои не делают. А то, что могло происходить – то и есть художественная составляющая. Вообще по сюжету книги меня вели места событий, которые хорошо сохранились и не дают возможности наврать. В книге достоверно показаны и расстояния, и особенности климата, и традиции строительства, быта.

Какие качества, которыми обладают персонажи вашей книги, вы бы хотели видеть в современниках?

У предков нужно учиться отсутствию мелочности. Умению много работать и отличать главное от шелухи. Терпению. В современной жизни многие видят трагедию в «подрезавшей» на дороге машине. Сколько ненависти и дикости на пустом месте! Доблестью считается нахамить там, где тебе за это ничего не будет. Люди забывают, что за ними стоят незримо поколения предков, что слово должно быть весомо и крепко – как в прежние времена.

В книге многие герои достаточно любвеобильны – несмотря, допустим, на узы брака и строгие нормы православия. Как вы считаете, эта черта характера скорее положительно характеризует героев или отрицательно? Или просто делает их более человечными?

Добрачных связей в книге нет, есть внебрачные. И это историческая правда. Людьми во все времена двигала тяга к противоположному полу. От любви рождается сама жизнь. Страстность характеризует героев как обычных, нормальных. Кто был бесчувственным, кто не любил? Екатерина Вторая с Потёмкиным или её правнук Александр II с его Катей Долгоруковой? Петр Первый с Анной Монс и многими другими или его дочка царица Елизавета с Разумовским? В отношениях главных героев романа «Взятие» нет фальши и грязи, они любят или ненавидят искренне.

При написании книги вы ориентировались на какие-то уже существующие художественно-исторические романы? Например, советских авторов – того же «Дмитрия Донского» Сергея Бородина?

Вы угадали. Я с 6 класса школы, как прочитал «Донского» Бородина, живу с одной его фразой. Там князь стоял в соборе перед отправкой на битву и спрашивал: «Боже! Войду ли я сюда победителем или внесут меня под эти своды бездыханного?» Могу ошибиться, но как-то так. Будет победа или нет? С этим я ходил на все мои экзамены, и в институте, и позже. Акунина читаю от корки до корки. С удовольствием познакомился с серией Эдварда Резерфорда: «Лондон», «Париж» и так далее.

Какой персонаж вашего романа вам наиболее близок и наиболее интересен? Не считая самого Ивана Грозного, конечно. Мне кажется, вам импонирует и образ Сююмбике, я права?

О Сююмбике написано слишком много, а известно слишком мало. В истории после 1551 года она вообще пропадает, даже могила её неизвестна. В моей книге она – собирательный образ неукротимого, хитрого степного нрава, при этом доброй матери и нежной женщины. Но лучшие образы в романе – конечно, мужские. Князь Серебряный, татарский военачальник Епанча – рыцари той эпохи.

И сеид Кул-Шариф, убеждённый соперник Москвы, с его достоинством и мудростью – сильнейшая личность.

Есть ли исторические персонажи, о которых вы бы хотели написать в дальнейшем?

У меня есть наброски книги о Москве 2010-2011 годов, там действуют и реальные исторические государственные деятели. Конечно, подача будет деликатной, чтобы не задеть людей, которые и сейчас занимают ответственные посты. Ещё мне интересна персона иеромонаха Филарета, который не случайно покинул Москву по окончании смутного времени в 1613 году, а позже основал Раифский монастырь. Очень важную тайну унёс он с собой из Чудова монастыря… Возможно, из этого интереса тоже вырастет книга.

Часто говорят, что истории, как объективной науки, не существует…

История, как наука, существует во всех странах. Просто иногда, как ни странно, её переписывают. Например, принято умалять умственные достоинства императора Павла. Его выставляют чуть ли не кретином, помешанным на муштре. Но о том, что он отец современной русской артиллерии, с которой наши предки через 10 лет после его смерти встретили первоклассную армию Наполеона – забывают. И не просто встретили, а выстояли на Бородино, а потом погнали до Парижа. Или, помните, как потешались над генсеком «эпохи застоя» Брежневым? Но почему-то машины построенного при нём КАМАЗа выигрывают «Дакар». История – наука серьёзная, главное, не поддаваться на сиюминутные провокации, которых и в прежние века было много.

Беседовала Венера Урмеева

“Читаем Вместе”. Декабрь 2018 

http://chitaem-vmeste.ru/interviews/vesomoe-slovo-sergeya-sokolova





Телефон единой справочной: (495) 789 - 35 - 91
Подписка на новости
RSS