Иван Охлобыстин: каторжный труд агитатора

– «Запах фиалки» не первый ваш роман. Предыдущие книги не были на вершинах рейтингов продаж, но вы, тем не менее, все равно продолжаете писать. Зачем и почему?

 

– Я и не думал «а напишу-ка я бестселлер». Это было бы замечательно, я бы гордился перед Оксанкой (жена Ивана Охлобыстина. – Прим. ред.), наверное, минуты три. Но я знаю, что все дается методичным трудом, и надеюсь усовершенствовать слог. Мне еще бесконечно далеко до уровня Шарова, Водолазкина или Елизарова, но если я не буду предпринимать попыток, то не смогу узнать, способен ли я на большее. А я существо любознательное как хорек. Надо работать. Вся жизнь моя была работой – муторный, каторжный труд, как бы это ни выглядело со стороны.

 

– Что вы хотели сказать людям этой книгой?

 

– «Запах фиалки» – это агитка. Наше общество состоит из либералов и консерваторов плюс 80% коллектива, которые не примыкают ни к одному из лагерей, но принимают во внимание аргументы тех и других. У либералов больше возможностей реализации себя в мире литературы, а соответственно, навязывания интеллектуальных и вкусовых тенденций. Моя книга уравновешивает дисбаланс, привнося в литературу консервативную идеологию.

 

– Кто же дозволяет либералам больше, чем их оппонентам?

 

– Либерал не стеснен в формате именно в силу своих взглядов! Ему в большей степени дозволена романтически-чувственная часть. Нельзя себе представить, что человек консервативных взглядов написал бы «Ночной портье» – это не соответствует духу консерватизма.

 

– Почему вдруг вы взялись за агитацию?

 

– У меня появились друзья-военные – настоящие, которыми может гордиться армия, а не те, что сундуки с деньгами прячут в собственном чулане. Они посетовали на то, что нет вразумительной художественной литературы, которая доносила бы до молодого поколения, во что мы, консерваторы, верим-то, собственно говоря. Что есть идеология? Это общая вера и понимание, к чему мы движемся. Я считаю, что русский народ – это больше чем нация, это цивилизация. Прав был Сталин, который говорил про себя «я русский грузин». В моих венах течет польская, татарская, норвежская и русская кровь, но принадлежу я к русской цивилизации.

 

– Для разговора о войне в Сирии и пропагандистской книжки у вас получился не слишком-то серьезный текст, близкий к фарсу и авантюрному роману…

 

– О войне нужно писать либо документальную книгу на реальном материале, либо браться за тему по прошествии времени, когда стихнет первая боль. Неделикатно спекулировать на боевых действиях, где погибают люди. Единственный вариант, как можно обойти это табу, – рассказать сказку. Фантасмагория вообще мое пристрастие, такой я человек. В «Запахе фиалки» я сделал микс жанров, который, на мой взгляд, ближе всего к производственному роману семидесятых годов.

 

– И «во что мы верим»? Какой основной посыл?

 

– Посыл я специально выделяю в тексте – можно меня за это ругать, но в этом и была моя задача. Один из персонажей произносит: «Самое главное: никогда не забывай, что бы тебе ни обещали, чем бы тебе ни платили, как бы тебе ни подмахивали — Крым наш! Это не только про Крым, как ты, наверное, уже понял».

Справка

 

Иван Охлобыстин в 1992 году окончил режиссерский факультет ВГИКа, активно снимается в кино и на ТВ («8 с половиной долларов», «Даун Хаус», «ДМБ», «Интерны»). Написал десятки сценариев. Автор книг «XIV принцип», «Песни созвездия Гончих Псов», «Магнификус II» и биографий святых Иоанна Кронштадтского, Ксении Петербургской и Матроны Московской. Священник Русской православной церкви, временно отстраненный от служения по собственному желанию.

Топ-10 авторов из библиотеки Ивана Охлобыстина

1. «Sapiens. Краткая история человечества» и «Homo Deus. Краткая история будущего», Юваль Ной Харари

Харари – ученый, рассказывающий о прошлом и будущем человечества. Его взгляд неполный, но в главном я с ним согласен: коммуникация сделала нас царями природы. Второй том – обширное футуристическое эссе, где автор внятно объясняет сущность новой религии гуманизма и неотвратимость новой религии датаизма. С удовольствием советую обе книги.

2. «Лондон», Эдвард Резерфорд

Случайно наткнулся на книги Резерфорда и тут же изучил его творчество во всем объеме – «Сарум», «Лондон», «Нью-Йорк», «Дублин», «Париж», только «Ирландию» не прочитал. Мне нравится смесь диккенсовщины и энциклопедичности. Я недавно был в Лондоне и ходил по городу, словно давно с ним знаком, знал о нем больше, чем иные лондонцы. Резерфорд – историк и щедро делится знаниями в тексте.

3. «Сила подсознания» и «Сверхъестественный разум», Джо Диспенза

Я сторонник трансперсональной психологии в адекватном ее виде, сейчас она входит в научную стадию, много исследований на эту тему проводится в Массачусетском университете, в лабораториях физиков, химиков, психологов. Интересный автор, пишущий на эту тему, – Джо Диспенза. Во время прогулки на велосипеде его сбила машина. Врачи предложили ему скрепить поврежденные позвонки с помощью импланта, который впоследствии мог привести к пожизненным болям. Только так, по мнению медиков, он смог бы снова ходить. Диспенза отказался и уже через девять месяцев смог восстановить себя только силой воли, мысли и особыми умственными упражнениями. Я верю, что человеку такое действительно по силам. Он написал две книги, рассказав о собственном опыте и об экспериментах Массачусетского университета. Книги написаны деликатно: Диспенза ничего не навязывает, а просто излагает факты.

4. «Голос тишины», Экхарт Толле

Я прочитал книгу Толле и понял, что его надо не только читать, но и слушать. Нашел видео на Youtube и, хотя я не владею ни английским, ни немецким языками, на которых он говорит, его выступления произвели на меня сильное впечатление.

5. «Квантовый ум», Арнольд Минделл

Книга далась мне тяжело – очень мудрит человек, хочет казаться умнее, чем есть на самом деле, но высказывает довольно адекватные вещи, которыми можно пользоваться. Основная мысль такова: где внимание – там энергия, где энергия – там жизнь и развитие. Этот взгляд накладывается на современное видение мира, понимание того, что мы – воплощенная пустота и просто «поле вероятностей», как говорят физики.

6. «Трансерфинг», Вадим Зеланд

Хотя я прагматик, но готов и хочу верить. Поэтому интересовался работами Зеланда, но как только он пошел в сторону «молодильных клизм», понял, что пора с ним попрощаться.

7. «Путешествие сознания», Шри Ауробиндо, Сатпрем

Я всерьез увлекался учением Арубиндо, с этим была связана моя поездка в Ауровилль, был там на семинарах. Еще в армии, сидючи в карцере, практиковал некоторые элементы этой йоги.

8. «Атцек», «Путешественник» и «Хищник», Гэрри Дженнингс

Дженнигс – мастер исторического романа. «Атцека» он написал, прожив 12 лет в Мексике и тщательно изучив «на местности» историю мексиканских индейцев. Для своих произведений Дженнингс скрупулезно, доходя до одержимости, выискивал материал, отправляясь в те уголки планеты, о которых писал. Чтобы до мельчайших деталей восстановить путевые впечатления Марко Поло, писатель сам прошел по маршруту знаменитого итальянца сквозь Средний Восток и Юго-Восточную Азию, пользуясь теми же «транспортными средствами», что и его предшественник – лошадьми, верблюдами, слонами. Все, что он увидел на своем пути, легло в основу книги «Путешественник».

9. «Биоцентризм. Как жизнь создает вселенную», Роберт Ланца

Книга мне очень понравилась. Странно, издана таким маленьким тиражом – всего 3000 экземпляров. Ее автор в ходит в топ-100 самых влиятельных людей мира по версии журнала Time, он крупный ученый, лауреат множества научных премий за исследования стволовых клеток. Словом, человек умный, добившийся выдающихся результатов, ознакомленный со всеми новшествами в науке. Он говорит: «Я пришел к выводу, что жизнь – не просто побочный продукт, появившийся в сложном взаимодействии физических законов. Именно жизнь создает Вселенную». Взгляд этот прекрасен и абсолютно совпадает со многими религиозными учениями. Очень хотел бы, чтобы эту книгу переиздали.

10. «Обитель», Захар Прилепин

Мне нравится все прилепинское – он пишет искренне, я такие вещи чувствую на зверином уровне. Он верит в то, о чем говорит. И мне нравится, что он делится с читателем (то есть со мной) своими мыслями и чувствами не из коммерческих соображений, а из человеческих.

 

 

Интервью: Анна Бабяшкина

Фото: Андрей Федечко

ждите...